Антропометрические, композиционные и ультразвуковые показатели подкожного абдоминального жироотложения у женщин кардиологического профиля и их связь с артериальной гипертензией

Ожирение остаётся одной из наиболее значимых медико-социальных проблем современности. В Российской Федерации распространённость избыточной массы тела и ожирения у взрослых остаётся высокой, что определяет необходимость поиска клинически доступных инструментов раннего выявления сердечно-сосудистого риска [1]. По данным исследования ЭССЕ-РФ3, средний индекс массы тела (ИМТ) составил 28,2±4,6 кг/м² у мужчин и 28,9±5,9 кг/м² у женщин; распространённость избыточной массы тела достигала 44,0% у мужчин и 33,7% у женщин, ожирения — 30,0% и 39,5%, соответственно. Частота абдоминального ожирения составила 30,9% у мужчин и 55,1% у женщин, а ассоциации ожирения с артериальной гипертензией (АГ) были выраженными как у мужчин, так и у женщин [2].

Под абдоминальным ожирением обычно понимают избыточное накопление жировой ткани в области живота, клинически чаще всего оцениваемое по окружности талии или индексу талия/рост. Однако абдоминальное жироотложение неоднородно и включает как висцеральный, так и подкожный жировой компартменты. Висцеральная жировая ткань, расположенная интраабдоминально, рассматривается как наиболее метаболически активное депо и один из ключевых факторов кардиометаболического риска, тогда как подкожная жировая ткань передней брюшной стенки отражает другой компонент абдоминального жироотложения и не может рассматриваться как прямой эквивалент висцерального ожирения. Между висцеральным и подкожным жировыми депо возможны ассоциации, однако их выраженность варьирует в зависимости от пола, возраста, общей жировой массы (ЖМ) и метаболического статуса пациента.

Абдоминальное ожирение отражает влияние поведенческих и пищевых факторов, связанных с сердечно-сосудистым риском [3][4]. Проспективные отечественные данные подтверждают, что абдоминальное ожирение независимо связано с риском сердечно-сосудистых событий и тесно ассоциировано с АГ [5][6]. Современные представления об ожирении укладываются в парадигму сердечно-сосудисто-почечно-метаболического континуума, в рамках которого дисфункциональная адипозность и АГ формируют взаимно отягощающие патофизиологические связи [7]. В то же время всё более очевидно, что оценка ожирения только по ИМТ является недостаточной, поскольку не отражает распределение и функциональную роль жировой ткани [8]. Это особенно важно в практической кардиологии, где АГ остаётся одним из наиболее распространённых и управляемых факторов риска [9].

По данным международного анализа WHO STEPS, значительная доля взрослых с нормальным ИМТ имеет абдоминальное ожирение, связанное с неблагоприятным сердечно-сосудистым профилем [10]. С клинической точки зрения центральное жироотложение отражает не только количество, но и топографию жировых депо, имеющую самостоятельную связь с кардиометаболическими нарушениями [11]. Поэтому наряду с традиционной антропометрией интерес представляют методы, позволяющие уточнять отдельные компоненты абдоминального жироотложения, включая оценку композиции тела и локальных жировых депо [12-14].

Ультразвуковая (УЗ) оценка абдоминальных мягких тканей рассматривается как перспективный дополнительный метод количественной характеристики локального подкожного жирового депо передней брюшной стенки, поскольку может применяться в клинической практике и не требует лучевой нагрузки [15]. В настоящем исследовании висцеральная жировая ткань не оценивалась; анализ был сфокусирован на антропометрических показателях центральной адипозности, расчетных показателях композиции тела и УЗ-оценке толщины кожно-подкожного комплекса передней брюшной стенки. В связи с этим сохраняется практическая потребность в уточнении того, в какой степени такие доступные показатели связаны с наличием АГ у женщин кардиологического профиля, что и определило цель настоящего исследования.

Цель: оценить связь антропометрических показателей центральной адипозности, показателей композиции тела и УЗ толщины кожно-подкожного комплекса передней брюшной стенки с наличием АГ у женщин кардиологического профиля.

Материал и методы

Дизайн исследования. На клинической базе Проблемной научно-исследовательской лаборатории "Диагностические исследования и малоинвазивные технологии" ФГБОУ ВО "Смоленский государственный медицинский университет" Минздрава России (ОГБУЗ "Клиническая больница № 1") в 2025г проведено исследование с участием 40 женщин в возрасте от 20 до 81 года, европеоидной расы. В исследование последовательно включали женщин кардиологического профиля, госпитализированных в кардиологическое отделение в период набора. Отбор проводили по мере поступления пациенток в стационар. Дополнительная селекция по клиническим признакам не проводилась. Критериями включения на данном этапе являлись возраст ≥18 лет и техническая возможность выполнения полного протокола исследования.

Процедура обследования пациентов:

1. Для каждой пациентки фиксировали дату рождения и дату обследования для расчёта возраста, а также клинический статус АГ. Диагноз АГ устанавливали на основании данных медицинской документации и анамнеза: наличия ранее установленного диагноза АГ, регулярного приёма антигипертензивной терапии и/или зарегистрированного повышения офисного артериального давления (АД) до уровня систолического АД ≥140 мм рт.ст. и/или диастолического АД ≥90 мм рт.ст. Данный подход соответствует действующим клиническим рекомендациям, согласно которым для офисного измерения диагностическим порогом АГ является уровень АД ≥140/90 мм рт.ст.
2. Антропометрия. В положении стоя проводили измерение длины тела и массы тела, измерение окружностей плеча, бедер и талии неэластичной лентой. Из полученных антропометрических признаков вычисляли ИМТ (кг/м²) и индекс талия/рост.
3. Оценка композиции тела. Определение показателей состава тела выполняли с применением УЗ-сканера BodyMetrix BX2000 (IntelaMetrix, США) в А-режиме с частотой передатчика 2,5 МГц с использованием расчетного алгоритма по формулам Джексона-Поллока для трех точек, реализованного в программном обеспечении данного сканера (BodyViewProFit, IntelaMetrix, США). Рассчитывали ЖМ и безжировую массу тела, а также долю жировой массы тела (%ЖМ). Из показателей состава тела и длины тела, по аналогии с ИМТ, рассчитывали индекс массы жира (ИМЖ).
4. УЗ исследование абдоминальных мягких тканей. Для оценки абдоминального фенотипа выполняли сканирование передней брюшной стенки в стандартной точке вблизи пупка: край датчика располагали у края пупочного кольца справа, угол контакта 90°, измерение проводили без компрессии. Исследование выполняли в положении стоя. Применяли линейный датчик SonoStar UProbe C5PL — частота 10 МГц, В-режим, эхограммы высокого разрешения, разметка в ручном режиме. По полученным эхограммам в ручном режиме выполняли разметку слоев брюшной стенки: эпидермис, дерма, поверхностные отделы гиподермы, глубокие отделы гиподермы, а также поверхностный мышечный пучок; фиксировали толщины слоев. На основании этих измерений рассчитывали ключевую метрику УЗ домена для дальнейшего анализа — "Кожа УЗИ" (суммарная толщина эпидермиса, дермы и гиподермы).
5. Биохимические показатели. Для каждого пациента фиксировали уровни глюкозы крови натощак (ммоль/л) и общего холестерина (ммоль/л) по доступным лабораторным данным. Эти параметры анализируются как непрерывные переменные.

Группы формировались апостериорно после завершения набора пациентов на основании клинического статуса АГ, закодированных бинарно (0 — отсутствует, 1 — присутствует). Все измерения антропометрии и УЗ параметры выполнялись до распределения по группам согласно единому протоколу. Для анализа пациенты были разделены на группы АГ-/АГ+. Сведения об антигипертензивной терапии фиксировали по данным медицинской документации и анамнеза на момент включения пациенток в исследование. Учитывали факт приёма антигипертензивных препаратов, монотерапию или комбинированную терапию, а также основные фармакологические классы препаратов: ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента или блокаторы рецепторов ангиотензина II, блокаторы кальциевых каналов, тиазидные/тиазидоподобные диуретики, β-адреноблокаторы и другие препараты при наличии соответствующих назначений. Детальный анализ эффективности, дозировок и приверженности к антигипертензивной терапии не входил в задачи настоящего исследования.

Этические принципы. Исследование проведено в соответствии с принципами Хельсинкской декларации и одобрено локальным этическим комитетом ОГБУЗ "Клиническая больница № 1" (протокол № 1 от 18 мая 2025г). Все участницы до включения в исследование подписали информированное согласие.

Статистический анализ. Анализ данных проводили в программе R 4.5.2. Количественные показатели описывали как M±SD или как Mdn (IQR) в зависимости от распределения, категориальные — как n (%). Для сравнения групп использовали t-критерий Стьюдента или критерий Манна-Уитни, для качественных признаков — χ²-критерий. Связи между количественными переменными оценивали по Спирмену. При множественных сравнениях применяли поправку Холма. Для оценки связи метрик абдоминального ожирения с наличием АГ строили биномиальные логистические модели. Их качество оценивали по AIC, BIC, девиантности и R² МакФаддена. Возможную мультиколлинеарность контролировали по VIF и значению толерантности. Дополнительно выполняли ROC-анализ с расчётом AUC, чувствительности, специфичности и индекса Юдена. Мощность исследования заранее не рассчитывалась.

Результаты

Из 40 обследованных женщин у 23 (57,5%) диагностирована АГ. Общая клинико-демографическая и морфометрическая характеристика обследованной выборки представлена в таблице 1. В таблицу включены биохимические показатели, антропометрические параметры, показатели композиции тела и УЗ метрика абдоминального фенотипа, что позволяет охарактеризовать исследуемую группу до межгруппового сравнения по статусу АГ. После общей характеристики выборки был проведён сравнительный анализ показателей фенотипа абдоминального ожирения в подгруппах пациенток с АГ и без неё. Результаты межгруппового сравнения представлены в таблице 2. Наиболее выраженные различия (согласно размеру эффекта) касаются биохимических признаков и возраста — у пациенток с АГ они выше. Среди антропометрических признаков и индексов наибольший размер эффекта обнаружен для УЗ-ассистированной оценки толщины кожи в абдоминальной области. %ЖМ, ИМЖ и ЖМ не имели статистически значимых различий между подгруппами, что свидетельствует в пользу необходимости первоочередной оценки не количества жира, а топографических особенностей распределения жирового депо. В целом у пациенток с АГ абдоминальное жироотложение выражено сильнее. Для визуального сопоставления распределения основных биохимических, антропометрических и УЗ показателей в подгруппах АГ- и АГ+ данные представлены графически на рисунке 1. Большинство исследованных признаков имеют значимую положительную корреляционную связь. С гликемией наиболее сильная корреляционная связь обнаружена для индексов (ИМТ, индекс талия/рост, ИМЖ). Уровень общего холестерина ассоциирован с возрастом обследованных, ЖМ, окружностью талии и индексами. Толщина кожи в области живота не показала значимых корреляционных связей с биохимическими показателями и с возрастом. Однако ультразвук-ассистированная оценка толщины кожи в области живота значимо положительно коррелирует с кластером антропометрических признаков и индексов, характеризующих количество жира и его топографию. Наиболее сильная корреляционная связь для ультразвук-ассистированной оценки толщины кожи в области живота обнаружена для массы тела, ИМТ, ЖМ и ее долей, а также с ИМЖ. Для наглядного представления структуры взаимосвязей между исследуемыми признаками результаты корреляционного анализа дополнительно визуализированы в виде тепловой карты (рис. 2). Для оценки внутренних связей между биохимическими, антропометрическими, композиционными и УЗ показателями был выполнен корреляционный анализ Спирмена. Подробные значения коэффициентов корреляции и уровней статистической значимости представлены в таблице 3.

На следующем этапе для оценки независимой связи показателей фенотипа абдоминального ожирения с наличием АГ были построены модели биномиальной логистической регрессии. Сравнивали модели, основанные на различных сочетаниях биохимических, композиционных, антропометрических и УЗ признаков. Модель логистической регрессии, использующая для классификации АГ биохимические признаки (табл. 4, модель 1), показала значимое влияние концентрации глюкозы на риск развития сердечно-сосудистой патологии (девиантность =38,5, AIC=46,5, BIC=53,3, R²_McF=0,294, χ²=16, df=3, p<0,001). Комбинированная модель, включающая биохимические признаки, состав тела и УЗ оценку выраженности абдоминального жироотложения (табл. 4, модель 2), также была значимой (девиантность =28,3, AIC=38,3, BIC=46,8, R²_McF=0,48, χ²=26,2, df=4, p<0,001) и показала лучшие прогностические характеристики. Модель, содержащая только возраст и УЗ оценку выраженности абдоминального жироотложения (табл. 4, модель 3), была значимой и не уступала модели 1, использующей для прогноза биохимические признаки (девиантность =38,2, AIC=44,2, BIC=49,3, R²_McF=0,299, χ²=16,3, df=2, p<0,001). Прогностические показатели модели 3 оказались немного лучше, чем у модели 1. Однако следует иметь в виду, что отношения шансов для не биохимических признаков довольно малы и лишь немного превышают единицу. Сравнительные прогностические характеристики построенных моделей представлены на рисунке 3. С учётом выявленных межгрупповых различий и результатов многофакторного анализа для УЗ-показателя "Кожа УЗИ" был выполнен ROC-анализ с целью оценки его дискриминационной способности в отношении АГ. Результаты ROC-анализа представлены на рисунке 4. Наилучшие значения чувствительности и специфичности для классификации по АГ соответствовали значению 27 мм (Se=91,3%, Sp=52,9%, J=0,44, Станд. ошибка =0,087, p<0,01). 100% специфичность классификации достигается при пороговом значении 57 мм.

Обсуждение

В настоящем исследовании, выполненном на последовательной клинической выборке женщин кардиологического профиля, наличие АГ было ассоциировано с возрастом, уровнями глюкозы и общего холестерина, а также рядом антропометрических и УЗ показателей. У пациенток с АГ были выше ИМТ, окружность талии, индекс талия/рост и УЗ-показатель толщины кожно-подкожного комплекса передней брюшной стенки. При этом показатели композиции тела, отражающие общую жировую и безжировую массу, демонстрировали менее однозначные межгрупповые различия. Это подчёркивает, что в клинической оценке пациенток кардиологического профиля значение могут иметь не только общая масса тела и доля жировой ткани, но и антропометрические суррогаты центральной адипозности, а также локальные характеристики подкожного абдоминального жирового депо.

Полученные данные согласуются с результатами крупных отечественных эпидемиологических исследований, в которых ожирение и абдоминальное ожирение были связаны с неблагоприятным сердечно-сосудистым профилем и АГ [2-6]. В частности, в исследовании ЭССЕ-РФ3 показана высокая распространённость избыточной массы тела, ожирения и абдоминального ожирения в российской популяции, а также выраженная ассоциация ожирения с АГ [2]. Проспективные данные ЭССЕ-РФ2 также подтверждают самостоятельную связь абдоминального ожирения с риском фатальных и нефатальных сердечно-сосудистых событий [5]. Эти наблюдения согласуются с нашими результатами, поскольку у пациенток с АГ были выше окружность талии и индекс талия/рост — показатели, которые в клинической практике используются как доступные антропометрические маркеры центрального жироотложения.

Вместе с тем абдоминальное ожирение является неоднородным фенотипом и включает как висцеральный, так и подкожный жировые компартменты. Висцеральная жировая ткань рассматривается как наиболее метаболически активное депо, тесно связанное с кардиометаболическим риском [11]. По данным международного анализа WHO STEPS, даже у лиц с нормальным ИМТ абдоминальное ожирение может ассоциироваться с неблагоприятными кардиометаболическими исходами [10]. Поэтому только ИМТ недостаточен для характеристики риска, а окружность талии и индекс талия/рост могут быть более информативными для оценки центрального компонента адипозности. Однако эти антропометрические показатели остаются суррогатными и не позволяют дифференцировать висцеральное и подкожное жировые депо.

В отличие от исследований, в которых висцеральный жир оценивался с использованием компьютерной томографии, магнитно-резонансной томографии, биоимпедансного анализа или специализированных УЗ-подходов [12-15], в настоящей работе прямая оценка висцеральной жировой ткани не проводилась. Наш анализ был сфокусирован на клинически доступных показателях: ИМТ, окружности талии, индексе талия/рост, расчетных параметрах композиции тела и УЗ-измерении толщины кожно-подкожного комплекса передней брюшной стенки. Поэтому полученные результаты следует интерпретировать не как характеристику висцерального ожирения, а как предварительную оценку связи антропометрических суррогатов центральной адипозности, общей композиции тела и локального подкожного абдоминального жирового депо с наличием АГ.

Сильные корреляционные связи между ИМТ, массой тела, ЖМ, окружностью талии и индексом талия/рост закономерны, поскольку эти показатели отражают близкие, но не идентичные аспекты общего и центрального ожирения. Такая корреляционная структура подтверждает внутреннюю согласованность антропометрического и композиционного доменов, но одновременно ограничивает их совместное включение в многофакторные модели из-за риска мультиколлинеарности. УЗ-показатель "Кожа УЗИ" также коррелировал с рядом антропометрических и композиционных параметров, что указывает на его связь с общим адипозным фенотипом. Однако это не позволяет рассматривать его как независимый заменитель традиционных антропометрических показателей без дополнительной валидации.

Результаты логистической регрессии и ROC-анализа следует трактовать как разведочные. В построенных моделях УЗ-толщина кожно-подкожного комплекса была связана с наличием АГ, а пороговое значение 27 мм характеризовалось высокой чувствительностью при умеренной специфичности. Однако небольшой размер выборки, возрастные различия между группами и отсутствие прямой оценки висцеральной жировой ткани не позволяют утверждать, что данный показатель обладает самостоятельной прогностической ценностью или улучшает стратификацию риска по сравнению с традиционными факторами. Более корректно рассматривать УЗ-оценку кожно-подкожного комплекса передней брюшной стенки как потенциальный дополнительный исследовательский показатель, требующий дальнейшего изучения в более крупных выборках.

Ограничения исследования. Настоящее исследование имеет ряд ограничений. Во-первых, работа носит одноцентровой и поперечный характер. Во-вторых, выборка была небольшой и включала только женщин кардиологического профиля, поэтому полученные результаты не могут быть напрямую экстраполированы на мужчин, общую популяцию или пациентов другого клинического профиля. В-третьих, группы АГ- и АГ+ существенно различались по возрасту, что могло влиять как на частоту АГ, так и на показатели композиции тела и распределения жировой ткани. В-четвертых, УЗ-оценка толщины кожно-подкожного комплекса является операторозависимой, а анализ межоператорской и внутриоператорской воспроизводимости в рамках данной работы не выполнялся. С учётом этих ограничений полученные данные следует рассматривать как пилотные и требующие подтверждения в более крупных проспективных исследованиях.

Заключение

В клинической выборке женщин кардиологического профиля наличие АГ было ассоциировано с более высокими значениями ряда антропометрических показателей, отражающих центральный характер жироотложения, включая окружность талии и индекс талия/рост, а также с большей УЗ толщиной кожно-подкожного комплекса передней брюшной стенки. УЗ показатель "Кожа УЗИ" характеризует локальное подкожное абдоминальное жировое депо и не является прямым маркером висцерального ожирения. Полученные данные позволяют рассматривать УЗ-оценку толщины кожно-подкожного комплекса передней брюшной стенки как потенциальный дополнительный исследовательский показатель, связанный с наличием АГ у женщин кардиологического профиля. Клиническая значимость данного показателя, его самостоятельная информативность и возможное место в оценке кардиометаболического риска требуют подтверждения в более крупных исследованиях с учётом возраста, висцеральной жировой ткани и особенностей антигипертензивной терапии.

Отношения и деятельность: все авторы заявляют об отсутствии потенциального конфликта интересов, требующего раскрытия в данной статье.