Перейти к:
Взаимосвязь нарушений перфузии миокарда и изменений сократительной функции левого желудочка по данным "feature tracking" на основании магнитно-резонансных изображений у пациентов с многососудистым поражением коронарных артерий
https://doi.org/10.15829/1560-4071-2025-6641
EDN: QWIPTG
Аннотация
Цель. Изучение взаимосвязи нарушений перфузии миокарда левого желудочка, выявленных по результатам динамической однофотонной эмиссионной компьютерной томографии (ОФЭКТ), и изменений его сократительной функции, оценённой при помощи технологии «feature tracking» на основании магнитно-резонансных изображений.
Материалы и методы. В исследование был включен 31 пациент (мужской пол 80,6%, медианный возраст 63 года) с многососудистым поражением коронарных артерий. Всем пациентам была выполнена магнитно-резонансная томография (МРТ) сердца с контрастированием и динамическая ОФЭКТ с расчетом резерва миокардиального кровотока (РМК). В зависимости от величины глобального РМК больные были разделены на 2 группы: в группу 1 (n=23) были включены пациенты со сниженным РМК (≤2), а в группу 2 (n=8) - с сохраненным РМК (>2).
Результаты. Согласно данным магнитно-резонансной томографии сердца с контрастным усилением больные ИБС с многососудистым поражением коронарных артерий с сохраненным РМК характеризовались меньшим медианным значением массы миокарда ЛЖ - 105,68 (89,04; 108,70) г; по сравнению с группой со сниженным РМК – 120,71 (84,13; 132,0) г. Также данная группа пациентов имела клинически незначимое более высокое значение КДИ (р=0,03) и КСИ (р=0,007). При этом группа пациентов с сохраненным РМК имели более высокую долю фиброзных изменений в миокарде ЛЖ. Субанализ данных по сосудистым регионам основанный формировании двух подгрупп: 1) регионы с признаками микроциркуляторных нарушений (РМК≤ 2,0) и 2) без таковых показал, что региональные нарушение микроциркуляции ассоциировано с более высоким значением дефекта перфузии, максимальным значением стеноза и увеличение величины региональной продольной деформации в данном сосудистом бассейне. При проведении корреляционного анализа установлена взаимосвязь между региональным РМК по данным ОФЭКТ и региональной продольной деформацией по данным МРТ сердца (р=0,002; r=-0,404).
Выводы.
Комбинированное использование количественной ОФЭКТперфузии и оценки региональной деформации миокарда с помощью "feature tracking" на основании МРТ-изображений предоставляет уникальную взаимодополняющую информацию у пациентов с многососудистым поражением коронарных артерий, позволяя напрямую связать гемодинамическую значимость стеноза с его последствиями на уровне механической функции миокарда. Региональный анализ продольной деформации служит высокочувствительным и специфичным маркером ишемической дисфункции, сохраняя диагностическую ценность даже у пациентов с ишемической болезнью сердца и многососудистым поражением коронарных артерий, что дает возможность рассматривать его в качестве дополнительного маркера функциональной значимости стеноза.
Ключевые слова
Для цитирования:
Мочула А.В., Мочула О.В., Мальцева А.Н., Копьева К.В., Гракова Е.В., Цыгикало А.А., Шипулин В.В., Затолокин В.В., Завадовский К.В. Взаимосвязь нарушений перфузии миокарда и изменений сократительной функции левого желудочка по данным "feature tracking" на основании магнитно-резонансных изображений у пациентов с многососудистым поражением коронарных артерий. Российский кардиологический журнал. 2025;30(12):6641. https://doi.org/10.15829/1560-4071-2025-6641. EDN: QWIPTG
For citation:
Mochula A.V., Mochula O.V., Maltseva A.N., Kopyeva K.V., Grakova E.V., Tsygikalo A.A., Shipulin V.V., Zatolokin V.V., Zavadovsky K.V. Relationship between impaired myocardial perfusion and left ventricular contractile dysfunction based on magnetic resonance feature tracking in patients with multivessel coronary artery disease. Russian Journal of Cardiology. 2025;30(12):6641. (In Russ.) https://doi.org/10.15829/1560-4071-2025-6641. EDN: QWIPTG
Одним из основных этиологических факторов ишемической болезни сердца (ИБС) остается атеросклеротическое поражение коронарных артерий. При этом алгоритм обследования пациентов с ИБС детально описан и оптимизирован, и включает целый ряд высокотехнологичных методов исследования, позволяющих оценить как анатомические, так и функциональные изменения коронарного кровоснабжения [1-3]. Полученные результаты обследования, в конечном итоге, помогают диагностировать тяжесть течения заболевания и выбрать соответствующую тактику лечения: назначение оптимальной медикаментозной терапии или проведение реваскуляризации миокарда [4-6].
Отдельной, сложной группой пациентов при выборе тактики лечения являются пациенты с ИБС и многососудистым поражением коронарных артерий (МПКА), которые характеризуются распространенным атеросклеротическим поражением, включающим наличие стенозов ≥70% в двух и более венечных сосудах (для ствола левой коронарной артерии >50%). Одной из наиболее распространенных в клинической практике методик, позволяющих оценить функциональную значимость атеросклеротического поражения, считается перфузионная сцинтиграфия миокарда. Однако ее информативность снижается у пациентов с МПКА ввиду наличия феномена "сбалансированной ишемии". Другой радионуклидный метод — динамическая однофотонная эмиссионная компьютерная томография (ОФЭКТ) миокарда — позволяет оценивать абсолютные значения глобального миокардиального кровотока (МК) и его резерва в бассейне каждой коронарной артерии и, таким образом, определять гемодинамическую значимость отдельно взятых стенозов [7].
Еще одним из перспективных неинвазивных способов оценки функциональной значимости стенозов коронарных артерий является магнитно-резонансная томография (МРТ), а технология feature tracking (FT), наиболее точно отражающая изменение сократительной функции миокарда, считается перспективной для ранней диагностики кинетических нарушение стенок при гемодинамически значимом поражении венечных сосудов [8], однако ее взаимосвязь с параметрами динамической ОФЭКТ ранее не исследовалась.
В связи с этим целью данного исследования являлось изучение взаимосвязи нарушений перфузии миокарда левого желудочка (ЛЖ), выявленных по результатам динамической ОФЭКТ, и изменений его сократительной функции, оценённой при помощи технологии FT на основании МР-изображений.
Материал и методы
Исследование являлось одноцентровым ретроспективным. Набор пациентов осуществлялся на базе Научно-исследовательского института кардиологии — филиала Федерального государственного бюджетного научного учреждения "Томский национальный исследовательский медицинский центр Российской академии наук". Исследование было проведено в соответствии с положениями Хельсинкской декларации и одобрено локальным этическим комитетом данного института (протокол № 204 от 18.11.2020). Информированное письменное согласие получено от всех пациентов до начала процедур исследования. В данное исследование был включен 31 пациент (мужской пол 80,6%, средний возраст составил 63 года), которые в зависимости от глобального резерва МК (РМК) были разделены на 2 группы: в группу 1 (n=23) были включены пациенты со сниженным РМК (≤2), а в группу 2 (n=8) — с сохраненным РМК (>2). Дизайн исследования представлен на рисунке 1.
Критерии включения: 1) возраст от 18 до 70 лет; 2) стабильное течение ИБС; 3) наличие сужения ≥70% в ≥2 эпикардиальных коронарных сосудах, а также сочетание сужения ≥70% в ≥1 эпикардиальном сосуде со стенозом ствола левой коронарной артерии ≥50%; 4) наличие данных о состоянии микроциркуляции ЛЖ по данным динамической ОФЭКТ; 5) наличие данных о деформации ЛЖ оцененных по данным МРТ сердца с контрастированием.
Критерии исключения: 1) острые сосудистые события в течение 6 мес. до текущей госпитализации; 2) ранее проведенное коронарное шунтирование; 3) наличие тяжелых форм нарушения ритма сердца, клапанных пороков сердца; 4) тяжелая сопутствующая патология; 5) отказ пациента от участия в исследовании.
Инвазивная и мультиспиральная коронарная ангиография (МСКТ-КАГ). Для оценки состояние коронарных артерий всем пациентам была проведена МСКТ-КАГ или инвазивная КАГ. МСКТ-КАГ выполнялась по стандартизованному протоколу с ретроспективной кардиосинхронизацией. Для проведения МСКТ-КАГ были использованы 64-срезовые компьютерные томографы GE Revolution One и GE Discovery NM/CT 570c (GE Healthcare, Milwaukee, WI, США).
Инвазивная ангиография включала селективную оценку состояния левой и правой коронарной артерии по стандартному протоколу. Все инвазивные исследования были выполнены на аппарате Axiom Artis Interventional Lab (Siemens; Германия).
Динамическая ОФЭКТ и перфузионная сцинтиграфия миокарда. Радионуклидные исследования были выполнены на гибридной ОФЭКТ/КТ системе GE Discovery NM/CT 570c (GE Healthcare, США). Протокол динамической ОФЭКТ включал запись динамических томосцинтиграмм, на основании которых были вычислены количественные показатели миокардиальной перфузии — величины гиперемированного МК и МК в покое, и РМК, а также перфузионную ЭКГ-синхронизированную сцинтиграфию миокарда, в результате которой были получены полуколичественные перфузионные индексы — Summed Stress Score (SSS, стресс-индуцированный дефект перфузии), Summed Rest Score (SRS, дефект перфузии в условиях покоя), Summed Difference Score (SDS, разница дефектов на фоне нагрузи и в условиях покоя). Дополнительно, на основании данных ЭКГ-синхронизированной перфузионной сцинтиграфии миокарда были оценены функциональные (фракция выброса (ФВ)) и объемные показатели ЛЖ (конечно-диастолический и конечно-систолический объемы), а также систолические и диастолические сцинтиграфические индексы (максимальная скорость наполнения, максимальная скорость изгнания, время наступления максимального пика наполнения, время наступления максимального пика изгнания). Был использован двухдневных протокол проведения динамической ОФЭКТ по схеме "покой-нагрузка".
Подготовка пациента к динамической ОФЭКТ не отличалась от таковой при проведении перфузионной сцинтиграфии миокарда и включала в себя отмену приема бета-адреноблокаторов, нитратов, антагонистов кальциевых каналов за 48 ч, а также производных метилксантина (чай, кофе, шоколад и т.д.) за 24 ч до проведения фармакологической пробы. В качестве стресс-агента был использован аденозинтрифосфат в дозе 160 мкг/кг/мин.
Все полученные сцинтиграфические изображения были обработаны на специализированной рабочей станции Xeleris IV (GE Healthcare, Израиль) и программном обеспечении 4DM Reserve v.2015 и Corridor 4DM SPECT (INVIA, Ann Arbor, США). Более подробно протокол проведения и обработка данных динамической ОФЭКТ описаны в ранее опубликованных исследованиях [9].
Значения РМК ≤2, количественно определяемого как отношение гиперемированного МК к кровотоку в покое, являлось функциональной мерой ишемии крупных и мелких сосудов [8].
МРТ сердца с контрастным усилением. МРТ сердца с контрастным усилением выполняли на томографе с напряженностью магнитного поля 1,5 Тл Vantage Titan (Toshiba, Япония). Протокол МР-сканирования состоял из двух частей. На первом этапе были получены неконтрастные изображения сердца: кино-изображения (последовательность сбалансированного установившегося состояния свободной прецессии, steady state free precession (SSFP). Параметры сканирования: время повторения (TR) =3,7 мс, время эхо (TE) =1,9 мс, угол поворота (FA) =72, 90/160, поле зрения (FOV) =38×35 мм, матрица 240×128 пикселей, в стандартных проекциях; Т2-взвешенные изображения (ВИ) (параметры сканирования: TR =1000 мс, TE =24 мс, FA =90/160, FOV =37×35 мм, матрица 256×256 пикселей) и Т1-ВИ (турбо спин-эхо последовательности) по короткой оси ЛЖ. Второй этап — после введения контрастного препарата включал ранние контрастные изображения в Т1-ВИ по короткой оси ЛЖ для определения наличия и локализации гиперемии миокарда ЛЖ и отсроченные контрастные изображения (через 8-15 мин) в режиме инверсия с восстановлением (последовательность градиентное эхо) и подбором времени инверсии (параметры сканирования: TR =9,1 мс, время инверсии (TI) =260-340 мс, TE =17 мс, FA =17, FOV =37×35 мм, матрица 256×256 пикселей). Для получения контрастных серий изображений пациентам выполняли внутривенную инъекцию контрастного препарата гадобутрол в дозе 0,1-0,2 мл/кг.
Количественный анализ МРТ сердца был выполнен с использованием специализированного программного обеспечения для постобработки CVI42 (Circle Cardiovascular Imaging, Канада). Количественно были оценены объемные (масса миокарда (ММ), конечно-диастолический и конечно-систолический объемы) и функциональные показатели (ФВ, размеры ЛЖ и правого желудочков (ПЖ)), используя метод полуавтоматической обводки контуров эндокарда и эпикарда ЛЖ, ПЖ. Данные МРТ сердца оценивали согласно 17-сегментной модели Американской ассоциации кардиологов.
Используя метод полуавтоматической обводки контуров эндокарда и эпикарда, был оценен размер повреждения миокарда, выраженный в процентах и граммах от ММ ЛЖ, с использованием алгоритма 5-SD (методика 5 standard deviation).
Деформация миокарда измерялась на SSFP-изображениях с помощью метода отслеживания характеристик миокарда (FT). Для анализа были взяты глобальные значения направления деформации: циркулярной, радиальной и продольной деформаций; пиковые скорости движения миокарда в диастолу и систолу; время от начала систолы до достижения пиковой деформации. Для оценки региональной продольной деформации было использовано среднее арифметическое значение сегментов, входящих в бассейн кровоснабжения данного сосудистого региона.
Интервал между проведением МРТ сердца с контрастированием и динамической ОФЭКТ составлял 7±2 дней.
Статистический анализ. Статистическая обработка полученных результатов выполнена в программах STATISTICA 10.0 (StatSoft Inc, США), MedCalc version 17.4 (MedCalc Software, Бельгия), Jamovi 2.2.5. При статистическом описании количественных показателей использовали медиану (Me) и межквартильный интервал (Q25%; Q75%). Качественные данные описаны с помощью абсолютных и относительных частот (N/n%). Статистическая значимость различий количественных признаков в двух независимых группах оценивалась при помощи непараметрического критерия Манна-Уитни. Статистическая значимость различий категориальных признаков в двух независимых группах рассчитывалась по критерию χ2 или точному критерию Фишера. Для анализа корреляционных связей количественных показателей с нормальным распределением выборочных значений использовали коэффициент корреляции Спирмена. Все статистические решения считались значимыми при уровне значимости p≤0,05.
Результаты
Клиническая характеристика пациентов
Медианный возраст больных составил 63 (58; 70) лет, преимущественно исследуемую подгруппу составили мужчины 80,6% (25 пациентов); индекс массы тела — 27,7 (25,4; 29,1) кг/м2. Все пациенты имели гипертоническую болезнь в анамнезе, у 77,4% была выявлена дислипидемия, сахарный диабет установлен в 32,2% случаев; 74,2% пациентов в анамнезе перенесли инфаркт миокарда.
При анализе основных клинических параметров включенных в исследование пациентов не было выявлено статистических различий между группой со сниженным (n=23) и сохраненным РМК (n=8) (табл. 1).
Ангиографические данные
Инвазивная коронарная ангиография была проведена в 71% случаев (у 20 пациентов). Преобладающим был правый тип коронарного кровоснабжения — 61% (у 19 пациентов), при этом сбалансированный тип встречался чаще — в 29% случаев (у 9 пациентов) vs 10% (3 больных имели леводоминантное кровоснабжение миокарда). Степень стенозирования, как и частота встречаемости обструктивного поражения коронарных артерий, соответствовали картине многососудистого поражения венечного русла и не отличалась между исследуемыми группами (табл. 2).
Данные перфузионной сцинтиграфии миокарда
Пациенты обеих исследуемых групп характеризовались средним размером стресс-индуцированного дефекта перфузии, и не имели статистически значимых различий по данным показателям. Функциональные параметры также были сопоставимы между группами, тогда как при анализе систолических и диастолических показателей было установлено, что в группе со сниженным РМК максимальная скорость наполнения при нагрузке была выше на 41,9% (р=0,001), время наступления максимального пика наполнения при нагрузке — выше на 14,7% (р=0,02), максимальная скорость наполнения в покое — выше на 13,3% (р=0,03), максимальная скорость изгнания в покое — выше на 7,4% (р=0,004), тогда как время наступления максимального пика изгнания в покое было значимо ниже (р=0,007) по сравнению с пациентами с сохраненным резервом (табл. 3).
Данные МРТ сердца с контрастным усилением
Согласно данным МРТ сердца с контрастным усилением больные ИБС с МПКА с сохраненным РМК характеризовались меньшим медианным значением ММ ЛЖ — 105,68 (89,04; 108,70) г; по сравнению с группой со сниженным РМК — 120,71 (84,13; 132,0) г. Несмотря на сохраненную функцию ПЖ, объемные параметры также были выше у пациентов с сохраненным РМК. При этом группа пациентов с сохраненным РМК имела более высокую долю фиброзных изменений в миокарде ЛЖ. Исследуемая группа в целом характеризовалась сниженным значением глобальной продольной деформации — -8,19 (-9,53; -4,38)%, однако у пациентов с сохраненным РМК отмечалось значимо более высокое (по модулю) значение данного показателя (р=0,002) с меньшим временем до пика продольной деформации (р=0,048) (табл. 4).
Сравнительный анализ по регионам кровоснабжения коронарных артерий
Субанализ данных по сосудистым регионам, основанный на формировании двух подгрупп: 1) регионы с признаками микроциркуляторных нарушений (РМК ≤2,0) и 2) без таковых, показал, что региональные нарушения микроциркуляции ассоциированы с более высоким значением дефекта перфузии, максимальным значением стеноза и увеличением величины региональной продольной деформации в данном сосудистом бассейне (табл. 5).
При проведении корреляционного анализа установлена взаимосвязь между региональным РМК по данным ОФЭКТ и региональной продольной деформацией по данным МРТ сердца (р=0,002; r=-0,404) (рис. 2).

Рис. 1. Дизайн исследования.
Сокращения: ЛЖ — левый желудочек, МРТ — магнитно-резонансная томография, ОФЭКТ — однофотонная эмиссионная компьютерная томография, ПСМ — перфузионная сцинтиграфия миокарда, РМК — резерв миокардиального кровотока.
Таблица 1
Клиническая характеристика пациентов, включенных в исследование
Общая характеристика всех пациентов (n=31) | Пациенты со сниженным РМК (≤2) (n=23) | Пациенты с сохраненным РМК (>2) (n=8) | p-value | |
Пол м/ж, %/абс. | 80,6/25 | 73,9/17 | 87,5/7 | 0,64 |
Возраст, лет | 63 (58; 70) | 62 (59; 70) | 64 (58; 68,5) | 0,71 |
ИМТ | 27,7 (25,4; 29,1) | 27,7 (25,8; 29,2) | 27,4 (25,2; 28,5) | 0,65 |
САД, мм рт.ст. | 130 (85; 140) | 128,5 (125; 141,5) | 125,5 (120; 137,5) | 0,54 |
ДАД, мм рт.ст. | 80 (70; 80) | 80 (77; 80) | 80 (70; 85) | 0,93 |
ИБС, %/абс. ФК 1 ФК 2 ФК 3 ФК 4 | 16,3/5 48,2/15 22,5/7 13/4 | 13/3 43,5/10 26/6 17,5/4 | 25/2 62,5/5 12,5/1 0/0 | 0,5 0,09 0,64 0,54 |
ГБ, %/абс. | 100/31 | 100/23 | 100/23 | – |
СД, %/абс. | 32,3/10 | 39/9 | 12,5/1 | 0,22 |
Дислипидемия, %/абс. | 77,4/24 | 78,3/18 | 75/6 | 0,59 |
ОНМК, %/абс. | 9,7/3 | 8,7/2 | 12,5/1 | 0,61 |
ПИКС, %/абс. | 74,2/23 | 73,9/17 | 75/6 | 0,67 |
ХСН (NYHA), %/абс. ФК 1 ФК 2 ФК 3 | 16,1/5 67,8/21 16,1/5 | 21,7/5 65,2/15 13,1/3 | 0/0 75/6 25/2 | 0,29 0,48 0,58 |
Сокращения: ГБ — гипертоническая болезнь, ИБС — ишемическая болезнь сердца, ИМТ — индекс массы тела, ДАД — диастолическое артериальное давление, ОНМК — острое нарушение мозгового кровоснабжения, ПИКС — постинфарктный кардиосклероз, РМК — резерв миокардиального кровотока, САД — систолическое артериальное давление, СД — сахарный диабет, ФК — функциональный класс, ХСН — хроническая сердечная недостаточность.
Таблица 2
Ангиографическая характеристика пациентов, включенных в исследование
Параметр | Пациенты со сниженным РМК (≤2) (n=23) | Пациенты с сохраненным РМК (>2) (n=8) | p-value | |
ПНА | Частота поражения >50%, %/абс. | 91,3/21 | 100/8 | 0,54 |
Медианное значение стеноза | 75,0 (75,0; 90,0) | 72,5 (65,0; 90,0) | 0,45 | |
ОА | Частота поражения >50%, %/абс. | 86,9/20 | 87,5/7 | 0,73 |
Медианное значение стеноза | 75,0 (60,0; 90,0) | 75,0 (60,0; 87,5) | 0,84 | |
ПКА | Частота поражения >50%, %/абс. | 91,3/21 | 87,5/7 | 0,61 |
Медианное значение стеноза | 77,5 (75,0; 90,0) | 90,0 (62,5; 100,0) | 0,63 | |
Сокращения: ОА — огибающая артерия, ПКА — правая коронарная артерия, ПНА — передняя нисходящая артерия, РМК — резерв миокардиального кровотока.
Таблица 3
Данные перфузионной сцинтиграфии миокарда
Параметр | Общая характеристика всех пациентов (n=31) | Пациенты со сниженным РМК (≤2) (n=23) | Пациенты с сохраненным РМК (>2) (n=8) | p-value |
Перфузия | ||||
SSS, балл | 9,0 (5,0; 12,0) | 9,0 (4,0; 14,0) | 8,5 (6,0; 11,0) | 0,31 |
SRS, балл | 2,0 (0,0; 6,0) | 2,0 (0,0; 7,0) | 2,5 (0,0; 6,0) | 0,94 |
SDS, балл | 5,0 (2,0; 9,0) | 5,0 (1,0; 11,0) | 5,0 (2,0; 6,0) | 0,35 |
Функциональные показатели | ||||
КДО нагрузка | 115,0 (100,0; 148,0) | 115,0 (100,0; 148,0) | 113,5 (99,0; 139,0) | 0,64 |
КСО нагрузка | 53,0 (45,0; 66,0) | 52,0 (37,0; 72,0) | 53,5 (47,0; 55,0) | 0,77 |
ФВ нагрузка | 56,0 (53,0; 61,0) | 56,0 (53,0; 61,0) | 57,0 (51,0; 61,0) | 0,69 |
КДО покой | 112,0 (96,0; 131,0) | 112,0 (89,0; 131,0) | 111,0 (101,0; 132,0) | 0,48 |
КСО покой | 40,0 (33,0; 48,0) | 39,0 (28,0; 48,0) | 40,0 (35,0; 59,0) | 0,27 |
ФВ покой | 62,0 (60,0; 68,0) | 62,0 (60,0; 70,0) | 58,0 (53,3; 64,1) | 0,04 |
Систолические и диастолические показатели | ||||
МСН нагрузка | 23,0 (19,0; 38,0) | 31,0 (20,0; 40,0) | 18,0 (16,0; 20,0) | 0,001 |
МСИ нагрузка | 2,3 (2,1; 2,9) | 2,2 (2,0; 2,9) | 2,4 (2,2; 2,9) | 0,35 |
ВМПН нагрузка | 183,0 (162,0; 223,0) | 200,5 (167,5; 233,0) | 171,0 (135,0; 221,0) | 0,02 |
ВМПИ нагрузка | 201,5 (184,0; 244,0) | 201,5 (182,0; 256,0) | 200,5 (194,0; 207,0) | 0,57 |
МСН покой | 2,1 (1,8; 2,3) | 2,2 (1,6; 2,6) | 1,9 (1,9; 2,1) | 0,03 |
МСИ покой | 2,7 (2,3; 3,0) | 2,7 (2,3; 3,1) | 2,5 (2,1; 2,7) | 0,004 |
ВМПН покой | 160,0 (125,0; 179,0) | 163,5 (138,5; 192,5) | 157,5 (115,0; 179,0) | 0,13 |
ВМПИ покой | 205,5 (159,0; 281,0) | 189,0 (143,5; 249,0) | 246,0 (186,0; 314,0) | 0,007 |
Сокращения: ВМПИ — время наступления максимального пика изгнания, ВМПН — время наступления максимального пика наполнения, КДО — конечный диастолический объем, КСО — конечный систолический объем, МСИ — максимальная скорость изгнания, МСН — максимальная скорость наполнения, РМК — резерв миокардиального кровотока, ФВ — фракция выброса, SDS — summed difference score, SRS — summed rest score, SSS — summed stress score.
Таблица 4
Данные МРТ сердца с контрастным усилением
Параметр | Общая характеристика всех пациентов (n=31) | Пациенты со сниженным РМК (≤2) (n=23) | Пациенты с сохраненным РМК (>2) (n=8) | p-value |
ММ ЛЖ, г | 108,70 (89,04; 127,52) | 120,71 (84,13; 132,0) | 105,68 (89,04; 108,70) | 0,01 |
ИММ ЛЖ, г/м2 | 57,04 (49,43; 61,84) | 58,06 (49,43; 64,0) | 51,58 (48,84; 61,17) | 0,08 |
КДО ЛЖ, мл | 128,86 (119,78; 136,0) | 126,34 (107,23; 137,0) | 129,16 (126,09; 131,79) | 0,76 |
КСО ЛЖ, мл | 61,37 (49,11; 85,72) | 55,69 (45,54; 88,66) | 78,30 (52,18; 85,72) | 0,08 |
ФВ ЛЖ, % | 49,20 (40,29; 55,47) | 51,66 (44,70; 63,95) | 41,64 (38,46; 51,82) | 0,02 |
ФВ ПЖ, % | 44,16 (38,0; 49,73) | 46,99 (38,0; 53,04) | 43,46 (36,72; 47,70) | 0,12 |
Масса фиброзных изменений ЛЖ, г | 17,22 (11,71; 22,73) | 14,03 (7,62; 22,73) | 17,56 (17,22; 20,92) | 0,04 |
Доля фиброзных изменений ЛЖ от ММ ЛЖ, % | 11,98 (8,21; 16,33) | 11,16 (7,06; 15,86) | 13,16 (10,20; 19,35) | 0,008 |
ГРД, % | 24,94 (20,73; 26,75) | 25,04 (18,24; 30,94) | 22,56 (20,91; 25,74) | 0,35 |
ГЦД, % | -15,0 (-16,13; -13,62) | -15,33 (-17,46; -12,42) | -14,34 (-15,71; -13,66) | 0,35 |
ГПД, % | -8,19 (-9,53; -4,38) | -7,88 (-9,43; 8,31) | -9,41 (-12,75; -8,19) | 0,002 |
ПРС, мм | 4,64 (4,03; 5,11) | 4,95 (4,01; 5,54) | 4,35 (4,03; 4,89) | 0,12 |
ПЦС, град | 1,59 (1,25; 2,23) | 1,59 (1,20; 3,06) | 1,72 (1,35; 2,20) | 0,76 |
ППС, мм | 2,95 (2,18; 3,72) | 3,23 (2,18; 3,81) | 2,57 (1,97; 2,93) | 0,02 |
Радиальная ПДС, мм/с | -18,39 (-25,64; -16,45) | -20,01 (-25,64; -17,12) | -17,29 (-18,39; -16,45) | 0,012 |
Радиальная ПСС, мм/с | 23,18 (20,80; 28,15) | 23,18 (21,11; 30,59) | 23,40 (20,80; 26,24) | 0,2 |
Циркулярная ПДС, град/с | -9,98 (-20,23; -6,25) | -10,71 (-21,02; -7,18) | -7,80 (-10,22; 7,31) | 0,057 |
Циркулярная ПСС, град/с | 16,55 (7,15; 21,17) | 17,22 (7,15; 22,98) | 14,44 (-8,50; 20,09) | 0,21 |
Продольная, ПДС, мм/с | -17,50 (-20,34; -13,16) | -17,67 (-26,18; -13,16) | -15,97 (-19,71; -13,07) | 0,12 |
Продольная, ПСС, мм/с | 16,07 (9,79; 22,93) | 18,09 (7,57; 28,09) | 15,27 (9,79; 17,80) | 0,02 |
Время до пика ГРД, мс | 305,0 (295,0; 335,0) | 305,0 (268,0; 335,0) | 318,50 (295,0; 335,0) | 0,64 |
Время до пика ГЦД, мс | 304,0 (266,0; 335,0) | 304,0 (228,0; 335,0) | 318,50 (295,0; 335,0) | 0,097 |
Время до пика ГПД, мс | 330,0 (272,0; 340,0) | 333,0 (272,0; 366,0) | 299,50 (272,0; 333,0) | 0,048 |
Сокращения: ГПД — глобальная продольная деформация, ГРД — глобальная радиальная деформация, ГЦД — глобальная циркулярная деформация, ИММ — индекс массы миокарда, КДО — конечный диастолический объем, КСО — конечный систолический объем, ЛЖ — левый желудочек, ММ — масса миокарда, ПДС — пиковая диастолическая скорость, ПЖ — правый желудочек, ППС — пиковое продольное смещение, ПРС — пиковое радиальное смещение, ПСС — пиковая систолическая скорость, ПЦС — пиковое циркульное смещение, РМК — резерв миокардиального кровотока, ФВ — фракция выброса.
Таблица 5
Сравнительный анализ по бассейнам кровоснабжения коронарных артерий
Бассейны КА с признаками микроциркуляторных нарушений (n=54) | Бассейны КА без микроциркуляторных нарушений (n=39) | p-value | |
SSS, балл | 3,0 (0,0; 7,0) | 1,0 (0,0; 2,50) | 0,006 |
SRS, балл | 0,0 (0,0; 2,0) | 0,0 (0,0; 1,0) | 0,152 |
SDS, балл | 1,0 (0,0; 5,0) | 1,0 (0,0; 2,0) | 0,07 |
Максимальный стеноз, % | 80,0 (75,0; 90,0) | 70,0 (60,0; 80,0) | 0,002 |
Региональная продольная деформация | -8,2 (-13,4; -2,7) | -14,25 (-15,8; -10,7) | 0,00002 |
Сокращения: КА — коронарные артерии, SDS — summed difference score, SRS — summed rest score, SSS — summed stress score.

Рис. 2. Корреляция изменений региональной деформации ЛЖ и нарушений микроциркуляции в бассейне коронарной артерии.
Примечание: ρ — коэффициент корреляции Спирмена. Цветное изображение доступно в электронной версии журнала.
Сокращения: МК — миокардиальный кровоток, РМК — резерв миокардиального кровотока, DS — different score, разница дефектов, RS — rest score, региональный дефект в условиях покоя, SS — stress score, региональный стресс-индуцированный дефект.
Обсуждение
Проведенное исследование было сфокусировано на оценке взаимосвязи между микроциркуляторными нарушениями, обнаруженными с помощью динамической ОФЭКТ и параметрами деформации миокарда, полученными с помощью технологии FT при МРТ, у пациентов с ангиографически подтвержденным МПКА.
Основным результатом выполненной работы можно считать наличие ассоциации между генерализованным нарушением микроциркуляции и глобальной продольной деформацией, что говорит о функционально значимом МПКА. Это подтверждается наличием взаимосвязи между региональными микроциркуляторными нарушениями, изменениями деформационных характеристик миокарда и степенью стенозирования в бассейне коронарной артерии — ключевыми факторами патогенеза ИБС.
Несмотря на то, что глобальная ФВ долгое время считалась "золотым стандартом" оценки состояния сердца и систолической функции ЛЖ, ее важным недостатком является низкая чувствительность к ранним, региональным нарушениям сократимости [10]. Это особенно важно может быть при МПКА, когда многочисленные, но разнонаправленные региональные нарушения деформации могут "компенсировать" друг друга, не приводя к значимому снижению глобального показателя. Полученные данные позволяют предположить, что даже при верифицированном МПКА глобальная систолическая функция может длительное время оставаться сохранной, что находит отражение в других данных о сократимости — глобальная сократимость миокарда может длительное время оставаться сохранной на фоне прогрессирующей ИБС [11].
Патогенетическое подтверждение выявленных в исследовании ассоциаций логично и связано с тем, что продольные волокна, расположенные в субэндокардиальных слоях миокарда, наиболее уязвимы к изменениям гемодинамической нагрузки, и их дисфункция является самым ранним маркером нарушения перфузии кардиомиоцитов [12]. Технология FT на основе МРТ демонстрирует высокую чувствительность в выявлении этих субклинических изменений, что подтверждается работами, в которых региональная деформация коррелировала с наличием ишемии лучше, чем визуальная оценка кинетики стенок [13][14]. Таким образом, снижение продольной деформации, наиболее уязвимой к ишемии, объективно, с помощью метода МРТ-FT, демонстрирует наличие систолической дисфункции на тканевом уровне в регионах с гемодинамически значимым стенозом по данным ОФЭКТ.
Наши выводы о превосходстве региональных параметров деформации над глобальными в выявлении ишемической дисфункции согласуются с современными публикациями. Работа Buss SJ, et al. подтвердила высокую диагностическую ценность МРТ-FT, показав, что снижение продольной деформации миокарда (в глобальном и региональном измерении) служит независимым предиктором гемодинамически значимого стеноза, выявленного при коронарной ангиографии [15]. Аналогично, в обзоре Scattela A, et al. обобщены данные, свидетельствующие о том, что, несмотря на сохранную ФВ, у пациентов с ИБС наблюдаются значительные нарушения региональной деформации в зонах, соответствующих стенозированным артериям [16].
Новизна нашего исследования заключается в прямой корреляции количественных параметров перфузии, полученных с помощью динамической ОФЭКТ, и параметров механической деформации, оцененных методом FT на основе МРТ, именно у пациентов с МПКА. В отличие от предыдущих работ, где в качестве референсного метода часто использовалась только КАГ [17], мы проводили привязку нарушений деформации не только к анатомии стеноза, но и к его прямому функциональному следствию — нарушению перфузии. Это позволяет с большей уверенностью утверждать, что выявленное снижение продольной деформации является морфофункциональным субстратом ишемии, а не просто анатомического сужения.
Интерпретация наших результатов должна учитывать особенности исследуемой когорты, которая характеризовалась крайне высокой распространенностью коморбидной патологии, в частности, артериальной гипертензией (100% пациентов). Известно, что АГ сама по себе приводит к развитию субэндокардиального фиброза и нарушению продольной деформации вследствие концентрического ремоделирования ЛЖ [18][19]. Несмотря на потенциальное нивелирующее влияние диффузного фиброза на фоне АГ на глобальные показатели, региональный анализ сохранил свою дискриминативную способность и достоверно ассоциировался с зонами нарушенной перфузии. Это подчеркивает высокую диагностическую ценность и устойчивость метода МРТ-FT, сохраняющую свою актуальность даже у полиморбидных пациентов.
Сильной стороной нашего исследования является применение двух современных лучевых методов — динамической ОФЭКТ и МРТ с FT, — которые взаимно дополняют друг друга. Определение количественных показателей перфузии миокарда с помощью динамической ОФЭКТ является клинически применимым методом, демонстрирующим высокую диагностическую ценность для выявления гемодинамически значимых стенозов, что подтверждается исследованиями, включая случаи многососудистого поражения [9][10]. В свою очередь, МРТ-FT позволяет проводить ретроспективный количественный анализ деформации миокарда, используя стандартные систолические кинопоследовательности, без необходимости применения специализированных протоколов, что обуславливает его высокую клиническую практичность и воспроизводимость [20] и позволяет выявить влияние ишемии на механическую функцию миокарда. Таким образом, клиническая значимость нашего подхода состоит в предоставлении взаимодополняющей диагностической информации. Динамическая ОФЭКТ выявляет гемодинамически значимый стеноз с точки зрения гемодинамики, а FT на основе МРТ объективно демонстрирует, к каким последствиям для механической функции миокарда этот стеноз приводит. Комбинация этих методов особенно ценна для стратификации риска и принятия решений о реваскуляризации в сложных случаях МПКА с сохранной глобальной ФВ, позволяя идентифицировать наиболее страдающие миокардиальные сегменты.
Ограничения исследования. Тем не менее наше исследование имеет ряд ограничений. Ретроспективный дизайн и относительно небольшой размер выборки, характерные для пилотных исследований подобного типа, не позволяют установить причинно-следственную связь и могли ограничить статистическую мощность для выявления различий в некоторых параметрах. Кроме того, используя технологию FT, стоит помнить, что на результаты могло повлиять качество изображений и вариабельность применяемого алгоритма.
Заключение
Комбинированное использование количественной ОФЭКТ-перфузии и оценки региональной деформации миокарда с помощью FT на основании МРТ-изображений предоставляет уникальную взаимодополняющую информацию у пациентов с МПКА, позволяя напрямую связать гемодинамическую значимость стеноза с его последствиями на уровне механической функции миокарда. Региональный анализ продольной деформации служит высокочувствительным и специфичным маркером ишемической дисфункции, сохраняя диагностическую ценность даже у полиморбидных пациентов с ИБС и МПКА, что дает возможность рассматривать его в качестве дополнительного маркера функциональной значимости стеноза. Для окончательного определения роли данного комбинированного подхода в стратификации риска и оптимизации тактики реваскуляризации необходимы проспективные многоцентровые исследования с оценкой его влияния на отдаленные жесткие клинические исходы.
Список литературы
1. Барбараш О. Л., Карпов Ю. А., Панов А. В. и др. Стабильная ишемическая болезнь сердца. Клинические рекомендации 2024. Российский кардиологический журнал. 2024;29(9):6110. doi:10.15829/1560-4071-2024-6110.
2. Vrints C, Andreotti F, Koskinas KC, et al.; ESC Scientific Document Group. 2024 ESC Guidelines for the management of chronic coronary syndromes. Eur Heart J. 2024;45(36):3415-537. doi:10.1093/eurheartj/ehae177.
3. Virani SS, Newby LK, Arnold SV, et al. 2023 AHA/ACC/ACCP/ASPC/NLA/PCNA Guideline for the Management of Patients With Chronic Coronary Disease: A Report of the American Heart Association/American College of Cardiology Joint Committee on Clinical Practice Guidelines. Circulation. 2023;148(9):e9-e119. doi:10.1161/CIR.0000000000001168.
4. Farooq V, Brugaletta S, Serruys PW. The SYNTAX score and SYNTAX-based clinical risk scores. Semin Thorac Cardiovasc Surg. 2011;23(2):99-105. doi:10.1053/j.semtcvs.2011.08.001.
5. Watkins S, Oldroyd KG, Preda I, et al. Five-year outcomes of staged percutaneous coronary intervention in the SYNTAX study. EuroIntervention. 2015;10:1402-8. doi:10.4244/EIJV10I12A244.
6. Cubero-Gallego H, Romaguera R, Ariza-Sole A, et al. Revascularization strategies in patients with ST-segment elevation myocardial infarction and multivessel coronary artery disease: urgent or staged? Cardiovasc Diagn Ther. 2017;7(2):82-5. doi:10.21037/cdt.2017.01.15.
7. Мочула А. В., Цыгикало А. А., Мальцева А. Н. и др. Оценка распространенности и тяжести ишемии по данным динамической однофотонной эмиссионной компьютерной томографии и перфузионной сцинтиграфии миокарда у пациентов с многососудистым атеросклеротическим поражением коронарного русла: сравнение с результатами коронарной ангиографии. Российский кардиологический журнал. 2024;29(11):6061. doi:10.15829/1560-4071-2024-6061.
8. Brandt Y, Lubrecht JM, Adriaans BP, et al. Quantification of left ventricular myocardial strain: Comparison between MRI tagging, MRI feature tracking, and ultrasound speckle tracking. NMR Biomed. 2024;37(9):e5164. doi:10.1002/nbm.5164.
9. Мочула А. В., Мальцева А. Н., Шипулин В. В., Завадовский К. В. Оценка миокардиального кровотока и резерва — физиологические основы и клиническое значение перфузионной сцинтиграфии в обследовании пациентов с хроническим коронарным синдромом. Российский кардиологический журнал. 2020;25(2):3649. doi:10.15829/15604071-2020-2-3649.
10. Lang RM, Badano LP, Mor-Avi V, et al. Recommendations for cardiac chamber quantification by echocardiography in adults: an update from the American Society of Echocardiography and the European Association of Cardiovascular Imaging. Eur Heart J Cardiovasc Imaging. 2015;16(3):233-70. doi:10.1093/ehjci/jev014.
11. Smiseth OA, Torp H, Opdahl A, et al. Myocardial strain imaging: how useful is it in clinical decision making? Eur Heart J. 2016;37(15):1196-207. doi:10.1093/eurheartj/ehv529.
12. Kawasaki T, Sugihara H. Subendocardial ischemia in hypertrophic cardiomyopathy. J Cardiol. 2014;63(2):89-94. doi:10.1016/j.jjcc.2013.10.005.
13. Amzulescu MS, De Craene M, Langet H, et al. Myocardial strain imaging: review of general principles, validation, and sources of discrepancies. Eur Heart J Cardiovasc Imaging. 2019;20(6):605-19. doi:10.1093/ehjci/jez041.
14. Pedrizzetti G, Claus P, Kilner PJ, Nagel E. Principles of cardiovascular magnetic resonance feature tracking and echocardiographic speckle tracking for informed clinical use. J Cardiovasc Magn Reson. 2016;18(1):51. doi:10.1186/s12968-016-0269-7.
15. Buss SJ, Krautz B, Hofmann N, et al. Prediction of functional impairment in ischemic heart disease: comparison of late gadolinium enhancement and feature-tracking cardiac magnetic resonance imaging. Radiology. 2015;275(3):736-45. doi:10.1148/radiol.15141383.
16. Scattela A, Baritussio A, Bucciarelli-Ducci C. Strain imaging using cardiac magnetic resonance. Heart Fail Rev. 2017;22(4):465-76. doi:10.1007/s10741-017-9621-8.
17. González A, López B, Ravassa S, et al. Myocardial Interstitial Fibrosis in Hypertensive Heart Disease: From Mechanisms to Clinical Management. Hypertension. 2024;81(2):218-28. doi:10.1161/HYPERTENSIONAHA.123.21708.
18. Agostini D, Marie PY, Ben-Haim S, et al. Performance of cardiac cadmium-zinc-telluride gamma camera imaging in coronary artery disease: a review from the cardiovascular committee of the European Association of Nuclear Medicine (EANM). Eur J Nucl Med Mol Imaging. 2016;43(13):2423-32. doi:10.1007/s00259-016-3467-5.
19. Шипулин В. В., Гончикова Е. В., Байсак Д. М. и др. Возможности ЭКГ-синхронизированной сцинтиграфии миокарда в выявлении снижения резерва миокардиального кровотока у пациентов с необструктивным поражением коронарных артерий. Сибирский журнал клинической и экспериментальной медицины. 2025;40(2):104-12. doi:10.29001/2073-8552-2025-40-2-104-112.
20. Gimelli A, Pugliese NR, Buechel RR, et al. Myocardial perfusion scintigraphy for risk stratification of patients with coronary artery disease: the AMICO registry. Eur Heart J Cardiovasc Imaging. 2022;23(3):372-80. doi:10.1093/ehjci/jeaa298.
Об авторах
А. В. МочулаРоссия
Андрей Викторович Мочула — к.м.н., с.н.с. лаборатории радионуклидных методов исследования
ул. Киевская, д. 111 а, Томск, 634012
О. В. Мочула
Россия
Ольга Витальевна Мочула — к.м.н., н.с. лаборатории рентгеновских и томографических методов диагностики
ул. Киевская, д. 111 а, Томск, 634012
А. Н. Мальцева
Россия
Алина Николаевна Мальцева — к.м.н., н.с. отделения рентгеновских и томографических методов диагностики
ул. Киевская, д. 111 а, Томск, 634012
К. В. Копьева
Россия
Кристина Васильевна Копьева — к.м.н., с.н.с. отделения патологии миокарда
ул. Киевская, д. 111 а, Томск, 634012
Е. В. Гракова
Россия
Елена Викторовна Гракова — д.м.н., в.н.с. отделения патологии миокарда
ул. Киевская, д. 111 а, Томск, 634012
А. А. Цыгикало
Россия
Арина Александровна Цыгикало — аспирант лаборатории радионуклидных методов исследования
ул. Киевская, д. 111 а, Томск, 634012
В. В. Шипулин
Россия
Владимир Владимирович Шипулин — к.м.н., н.с. лаборатории радионуклидных методов исследования
ул. Киевская, д. 111 а, Томск, 634012
В. В. Затолокин
Россия
Василий Викторович Затолокин — н.с. отделения сердечно-сосудистой хирургии
ул. Киевская, д. 111 а, Томск, 634012
К. В. Завадовский
Россия
Константин Валерьевич Завадовский — д.м.н., зав. отделом лучевой диагностики
ул. Киевская, д. 111 а, Томск, 634012
- При проведении корреляционного анализа установлена взаимосвязь между региональным резервом миокардиального кровотока по данным однофотонной эмиссионной компьютерной томографии и региональной продольной деформацией по данным магнитно-резонансной томографии (МРТ) сердца (р=0,002; r=-0,404).
- Оценка региональной деформации миокарда с помощью "feature tracking" на основании МРТ-изображений предоставляет уникальную взаимодополняющую информацию у пациентов с многососудистым поражением коронарных артерий, позволяя напрямую связать гемодинамическую значимость стеноза с его последствиями на уровне механической функции миокарда.
Рецензия
Для цитирования:
Мочула А.В., Мочула О.В., Мальцева А.Н., Копьева К.В., Гракова Е.В., Цыгикало А.А., Шипулин В.В., Затолокин В.В., Завадовский К.В. Взаимосвязь нарушений перфузии миокарда и изменений сократительной функции левого желудочка по данным "feature tracking" на основании магнитно-резонансных изображений у пациентов с многососудистым поражением коронарных артерий. Российский кардиологический журнал. 2025;30(12):6641. https://doi.org/10.15829/1560-4071-2025-6641. EDN: QWIPTG
For citation:
Mochula A.V., Mochula O.V., Maltseva A.N., Kopyeva K.V., Grakova E.V., Tsygikalo A.A., Shipulin V.V., Zatolokin V.V., Zavadovsky K.V. Relationship between impaired myocardial perfusion and left ventricular contractile dysfunction based on magnetic resonance feature tracking in patients with multivessel coronary artery disease. Russian Journal of Cardiology. 2025;30(12):6641. (In Russ.) https://doi.org/10.15829/1560-4071-2025-6641. EDN: QWIPTG
JATS XML







































