Шляхто Е. В. — д.м.н., профессор, академик РАН, генеральный директор
Санкт-Петербург
St. Petersburg
Арутюнов Г. П. — член-корр. РАН, д.м.н., профессор, зав. кафедрой пропедевтики внутренних болезней №1 ИКМ
Москва
Moscow
Батюшин М. М. — д.м.н., профессор, профессор кафедры внутренних болезней № 2, нефролог-консультант клиники
Ростов-на-Дону
Rostov-on-Don
Виллевальде С. В. — д.м.н., профессор, начальник службы анализа и перспективного планирования Управления по реализации федеральных проектов, зав. кафедрой кардиологии факультета послевузовского и дополнительного образования Института медицинского образования
Санкт-Петербург
St. Petersburg
Звартау Н. Э.* — к.м.н., зам. генерального директора по работе с регионами, доцент кафедры факультетской терапии с клиникой Института медицинского образования
Санкт-Петербург
St. Petersburg
Недогода С. В. — д.м.н., профессор, зав. кафедрой внутренних болезней Института НМФО
Волгоград
Volgograd
Шилов Е. М. — д.м.н., профессор, профессор по кафедре нефрологии и диализа кафедры внутренних, профессиональных болезней и ревматологии
Москва
Moscow
Соловьева А. Е. — к.м.н., зав. отделом научного сопровождения и кадрового обеспечения службы анализа и перспективного планирования Управления по реализации федеральных проектов
Санкт-Петербург
St. Petersburg
Медведева Е. А. — к.м.н., зав. отделом стратегического развития кардиологической службы в регионах Управления по реализации федеральных проектов
Санкт-Петербург
St. Petersburg
Зорина Е. А. — руководитель терапевтического направления
Москва
Moscow
Молитвословова Н. А. — к.м.н., старший медицинский советник
Москва
Moscow
Цель. Описать частоту диагностирования хронической болезни почек (ХБП) у взрослых пациентов с артериальной гипертензией (АГ) и маркерами ХБП в отсутствие сопутствующих сахарного диабета и симптоматической хронической сердечной недостаточности, описать клинико-демографические характеристики и особенности терапии в общей когорте и подгруппе с верифицированной ХБП.
Материал и методы. Представлен промежуточный анализ данных проспективного наблюдательного многоцентрового исследования пациентов с АГ и ХБП в Российской Федерации ("ПРИОРИТЕТ-ХБП").
Результаты. Проанализированы данные первых 3249 пациентов, включённых в исследование. У 2592 (79,8%) пациентов с АГ и маркерами ХБП подтверждён диагноз ХБП в ходе исследования: у 1380 (42,5%) — на Визите 1 и у 1212 (37,3%) — на Визите 2. В качестве критериев диагноза ХБП в 2488 (96%) случаях использовалась только оценка расчётной скорости клубочковой фильтрации. Лишь у 12 (0,5%) пациентов в качестве критериев диагностики ХБП изолированно или в комбинации с другими использовались альбуминурия или протеинурия. Выявлены случаи гипердиагностики (12,6%) и гиподиагностики (0,4%) ХБП. В общей когорте и подгруппе с верифицированной ХБП преобладали женщины (61,6/62,1%), медианы длительности АГ составили 9 и 10 лет, соответственно, более половины пациентов имели III стадию гипертонической болезни и категорию очень высокого сердечно-сосудистого риска. Отмечена высокая частота метаболических факторов риска (избыточная масса тела, дислипидемия, абдоминальное ожирение) и атеросклеротических сердечно-сосудистых заболеваний. Ишемическая болезнь сердца наблюдалась у трети пациентов общей когорты и подгруппы с ХБП. Отсутствие контроля артериального давления (систолическое ≥140 и/или диастолическое ≥90 мм рт.ст. на фоне антигипертензивной терапии) и признаки резистентности к антигипертензивной терапии выявлены у 42,5% и 6,7% пациентов общей когорты, в подгруппе с ХБП в 42,1% и 7,3% случаев, соответственно. Комбинированную антигипертензивную терапию (≥2 препаратов) после Визита 1 получали 78,8% пациентов обследуемой когорты. Только в 21,4% случаях после верификации диагноза ХБП были назначены ингибиторы натрий-глюкозного котранспортёра 2 типа.
Заключение. В российской популяции диагноз ХБП подтверждался у 79,8% пациентов с АГ и маркерами ХБП. Альбуминурия/протеинурия оценивалась крайне редко. Выявлены случаи гипердиагностики и гиподиагностики ХБП. Наблюдались высокая частота неконтролируемой АГ и серьёзное бремя атеросклеротических сердечно-сосудистых заболеваний в общей когорте и подгруппе с ХБП. После верификации диагноза ХБП отмечался субоптимальный прирост в назначении ингибиторов натрий-глюкозного котранспортёра 2 типа.
Aim. To describe the detection rate of chronic kidney disease (CKD) in patients with hypertension (HTN) and markers of CKD without concomitant diabetes and symptomatic heart failure, as well as to describe the clinical and demographic characteristics and features of therapy in the overall cohort and a subgroup with verified CKD.
Material and methods. The article presents an interim analysis of data from a prospective observational multicenter study of patients with HTN and CKD in the Russian Federation (PRIORITY-CKD).
Results. Data from the first 3249 patients included in the study were analyzed. In 2592 (79,8%) patients with HTN and CKD markers, the diagnosis of CKD was confirmed during the study as follows: in 1380 (42,5%) at Visit 1 and in 1212 (37,3%) at Visit 2. In 2488 (96%) cases, only the estimated glomerular filtration rate was used as the criteria for the diagnosis of CKD. Only in 12 patients (0,5%) albuminuria or proteinuria (alone or together with other CKD markers) was used as diagnostic criteria for CKD diagnosis. Cases of overdiagnosis (12,6%) and underdiagnosis (0,4%) of CKD were identified. In the overall cohort and the subgroup with verified CKD, women predominated (61,6/62,1%), while the median duration of HTN was 9 and 10 years, respectively. More than half of the patients had stage III HTN and very high cardiovascular risk. A high rate of metabolic risk factors (overweight, dyslipidemia, abdominal obesity) and atherosclerotic cardiovascular diseases was noted. Coronary artery disease was observed in a third of patients in the overall cohort and the CKD subgroup. Uncontrolled HTN (systolic BP ≥140 and/or diastolic BP ≥90 mm Hg despite antihypertensive therapy) and resistant HTN were detected in 42,5% and 6,7% of patients in the overall cohort, while in the subgroup with CKD in 42,1% and 7,3%, respectively. Combination antihypertensive therapy after Visit 1 was received by 78,8% of patients in the examined cohort. Only in 21,4% of cases, sodium-glucose cotransporter-2 inhibitors were prescribed after verification of the CKD diagnosis.
Conclusion. In the Russian population, the diagnosis of CKD was confirmed in 79,8% of patients with HTN and CKD markers. Albuminuria/proteinuria was assessed extremely rarely. Cases of overdiagnosis and underdiagnosis of CKD were identified. A high rate of uncontrolled HTN and a serious burden of atherosclerotic cardiovascular diseases were observed in the overall cohort and the subgroup with CKD. After CKD verification, a suboptimal increase in the prescription of sodiumglucose cotransporter-2 inhibitors was noted.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.