Кристина В. Копьева — кандидат медицинских наук, научный сотрудник отделения патологии миокарда.
Томск
Tomsk
Алина Николаевна Мальцева — аспирант лаборатории радионуклидных методов исследования.
Томск
Tomsk
Андрей Викторович Мочула — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник лаборатории радионуклидных методов исследования.
Томск
Tomsk
Елена Викторовна Гракова — доктор медицинских наук, ведущий научный сотрудник отделения патологии миокарда.
Томск
Tomsk
Андрей Владимировч Сморгон — младший научный сотрудник отделения ультразвуковой диагностики.
Томск
Tomsk
Анна Михайловна Гусакова — кандидат фарм. наук, научный сотрудник отделения клинической лабораторной диагностики.
Томск
Tomsk
Константин Валерьевич Завадовский — доктор медицинских наук, заведующий отделом лучевой диагностики.
Томск
Tomsk
Цель. Изучить взаимосвязь коронарной микроваскулярной дисфункции (КМД) с уровнями про- и противовоспалительных биомаркеров у пациентов с сохраненной фракцией выброса и необструктивным поражением коронарных артерий (КА).
Материал и методы. В исследование включено 118 пациентов (70 мужчин, средний возраст 62,0 [58,0; 69,0] лет) с сохраненной фракцией выброса левого желудочка (62 [59; 64]%) и необструктивным поражением КА. Оценку сывороточных уровней N-концевого промозгового натрийуретического пептида (NT-proBNP), высокочувствительного С-реактивного белка (вчСРБ), интерлейкина (ИЛ)-1β, -6 и -10 выполняли исходно с помощью иммуноферментного анализа. Резерв коронарного кровотока (CFR) оценивали по данным динамической однофотонной эмиссионной компьютерной томографии. CFR ≤2 являлся маркером КМД.
Результаты. Пациенты были разделены на группы в зависимости от наличия КМД: группа 1 включала больных с КМД (n=45), а группа 2 составила группу контроля и включала больных без КМД (n=73). Концентрации вчСРБ были выше в 1,8 раз (р=0,011) в группе 1 по сравнению с группой 2. Уровни ИЛ-6 значимо не различались между группами (р=0,842), тогда как концентрации ИЛ-10 были ниже на 21,7% (р=0,048), а ИЛ-1β выше в 2,7 раз (р=0,046) в группе 1 по сравнению с группой 2. По данным ROC-анализа концентрации вчСРБ ≥4,8 г/л (AUС=0,655; р=0,012) и NT-proBNP ≥950,6 пг/мл (AUC=0,792; р<0,001) идентифицированы как маркеры, связанные с наличием КМД у больных с необструктивным поражением КА, тогда как уровни ИЛ-1β, 6 и 10 не показали диагностической значимости. Многофакторный регрессионный анализ показал, что наличие диастолической дисфункции (отношение шансов 3,27; 95% доверительный интервал 2,26-5,64; р<0,001) и гиперэкспрессии NT-proBNP ≥950,6 пг/мл (отношение шансов 2,07; 95% доверительный интервал 1,56-4,12; р=0,023) являлись независимыми факторами, связанными с КМД.
Заключение. Установлено, что у пациентов с необструктивным поражением КА наличие КМД связано с более высокой экспрессией провоспалительных маркеров и снижением экспрессии противовоспалительного маркера, что может подтверждать тот факт, что хроническое воспаление является одним из звеньев патогенеза развития КМД.
Aim. To study the relationship of coronary microvascular dysfunction (CMD) with the levels of pro- and anti-inflammatory biomarkers in patients with preserved ejection fraction (LVEF) and non-obstructive coronary artery disease (CAD).
Material and methods. The study included 118 patients (70 men, mean age, 62,0 [58,0; 69,0] years) with preserved LVEF (62 [59; 64] %) and non-obstructive CAD. Serum levels of N-terminal pro-brain natriuretic peptide (NT-proBNP), high-sensitivity C-reactive protein (hsCRP), interleukin-1β, 6, and 10 were assessed initially by enzyme immunoassay. Coronary flow reserve (CFR) was assessed by dynamic single photon emission computed tomography. CFR ≤2 was a CMD marker.
Results. Patients were divided into groups depending on CMD presence: group 1 included patients with CMD (n=45), and group 2 was the control group and included patients without CMD (n=73). HsCRP concentrations were 1,8 times higher (p=0,011) in group 1 compared to group 2. Interleukin-6 levels did not differ significantly between groups (p=0,842), while interleukin-10 concentrations were lower by 21,7 % (p=0,048), and interleukin-1β was 2,7 times higher (p=0,046) in group 1 compared to group 2. According to ROC analysis, hsCRP concentration ≥4,8 g/l (AUC=0,655; p=0,012), and NT-proBNP ≥950,6 pg/ml (AUC=0,792; p<0,001) were identified as markers associated with CMD in patients with non-obstructive CAD, while levels of interleukin-1β, 6 and 10 showed no diagnostic significance. Multivariate regression analysis showed that diastolic dysfunction (odds ratio, 3,27; 95% confidence interval, 2,26-5,64; p<0,001) and NT-proBNP ≥950,6 pg/ml (odds ratio, 2,07; 95% confidence interval, 1,56-4,12; p=0,023) were independent factors associated with CMD.
Conclusion. We established that in patients with non-obstructive CAD, the presence of CMD is associated with a higher expression of pro-inflammatory markers and a decrease in the expression of an anti-inflammatory marker, which may confirm the fact that chronic inflammation is one of CMD pathogenesis links.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.