Вайханская Татьяна Геннадьевна — кандидат медицинских наук, ведущий научный сотрудник лаборатории медицинских информационных технологий
Минск
Minsk
Сивицкая Лариса Николаевна — кандидат биологических наук, специалист по секвенированию
Варшава
Warsaw
Левданский Олег Дмитриевич — кандидат биологических наук, старший научный сотрудник лаборатории
Минск
Minsk
Курушко Татьяна Валентиновна — врач отделения функциональной диагностики
Минск
Minsk
Даниленко Нина Генусовна — кандидат биологических наук, ведущий научный сотрудник лаборатории нехромосомной наследственности
Минск
Minsk
Цель. Изучить и сравнить генотип-фенотипические признаки у пациентов с некомпактной кардиомиопатией (НКМП) и дилатационной кардиомиопатией (ДКМП), провести сравнительный анализ клинических исходов и 5-летней кумулятивной выживаемости пациентов с НКМП и ДКМП.
Материал и методы. В исследование включили 144 неродственных пациента с кардиомиопатией: НКМП (n=74) и ДКМП (n=70). Средний возраст — медиана 39 [30; 49] лет; фракция выброса (ФВ) левого желудочка (ЛЖ) 30,5 [24; 46]%; 96/66,7% мужчин. Комплексное клиническое обследование включало электрокардиографию, мониторирование по Холтеру, эхокардиографию, магнитно-резонансную томографию сердца, коронароангиографию, ДНК-диагностику (NGS+Sanger), каскадный семейный скрининг и косегрегационный анализ. Для оценки клинических исходов группу НКМП разделили на 2 подтипа в соответствии с исходной систолической функцией ЛЖ (НКМП с фенотипом ДКМП — 50 лиц с ФВ ЛЖ ≤49%; и изолированная НКМП — 24 пациента с ФВ ЛЖ ≥50%). Неблагоприятные события — кардиоваскулярная смерть, трансплантация сердца (ТС), устойчивая желудочковая тахикардия, фибрилляция желудочков, успешная сердечно-легочная реанимация, мозговые тромбоэмболические осложнения (ТЭО) — приняты в качестве комбинированной конечной точки (кКТ). Период наблюдения составил 62 мес. (медиана).
Результаты. Среди пациентов с ФВ ЛЖ ≤49% при 5-летнем наблюдении кКТ достигли 37 (74,0%) лиц из 50 пациентов с фенотипом НКМП/ДКМП и 41 (58,6%) пациент из 70 лиц с ДКМП; из 24 пациентов с НКМП при ФВ ЛЖ ≥50% (медиана ФВ =56 [51; 61]%) кКТ достигли 2 (8,3%) больных (χ2=28,8; р=0,001). В группе НКМП/ДКМП с ФВ ЛЖ ≤49% выявлен более высокий уровень патогенных генетических вариантов (64% vs 41,4%/ДКМП vs 29,2%/НКМП; χ2=11,4; р=0,003), цереброваскулярных ТЭО (χ2=11,8; р=0,003) и ТС (χ2=10,6; р=0,005). Результаты анализа 5-летней выживаемости (Каплана-Майера) продемонстрировали худший прогноз НКМП с ФВ ЛЖ ≤49% по сравнению с ДКМП (log rang: χ2=11,5; p=0,001) и изолированной НКМП (log rang: χ2=17,02; p=0,0001). Ген-позитивность в общей когорте (n=144) также была ассоциирована с худшим прогнозом (log rang: χ2 =5,38; p=0,02).
Заключение. В представленном исследовании пациенты с дилатационным подтипом НКМП показали худший прогноз по сравнению с ДКМП и изолированной НКМП. Прогрессирование сердечной недостаточности и мозговые ТЭО были самыми распространенными осложнениями у пациентов с НКМП/ДКМП.
Aim. To study and compare genotypic and phenotypic signs in patients with non-compaction cardiomyopathy (NCM) and dilated cardiomyopathy (DCM), to conduct a comparative analysis of clinical outcomes and 5-year cumulative survival of patients with NCM and DCM.
Material and methods. The study included 144 unrelated patients with cardiomyopathy: NCM (n=74) and DCM (n=70). Mean age was 39 [30; 49] years (men, 96 (66,7%); left ventricular ejection fraction (LVEF) was 30,5 [24; 46]%. A comprehensive clinical examination included electrocardiography, Holter monitoring, echocardiography, cardiac magnetic resonance imaging, coronary angiography, DNA diagnostics (NGS+Sanger), cascade screening, and cosegregation analysis. To assess clinical outcomes, the NCM group was divided into 2 subtypes according to baseline LV systolic function (NCM/DCM phenotype — 50 individuals with LVEF ≤49%; and isolated NCM — 24 patients with LVEF ≥50%). The following adverse events were assessed as the composite endpoint: cardiovascular death, heart transplantation (HT), sustained ventricular tachycardia, ventricular fibrillation, successful cardiopulmonary resuscitation, cerebral thromboembolism. The follow-up period was 62 months.
Results. Among patients with LVEF ≤49% at a 5-year follow-up, 37 (74,0%) of 50 patients with the NCM/DCM phenotype and 41 (58,6%) of 70 patients with DCM achieved composite endpoint. Out of 24 patients with NCM with LVEF ≥50% (median LVEF, 56 [51; 61]%), 2 (8,3%) patients achieved composite endpoint (χ2=28,8; p=0,001). In the NCM/DCM group with LVEF ≤49%, a higher level of pathogenic genetic variants (64% vs 41,4%/DCM vs 29,2%/NCM; χ2=11,4; p=0,003), cerebral thromboembolism (χ2=11,8; p=0,003) and HT (χ2=10,6; p=0,005). The results of the 5-year survival analysis (Kaplan-Meier) showed a worse prognosis for NCM with LVEF ≤49% compared with DCM (log rang: χ2=11,5; p=0,001) and isolated NCM (log rang: χ2=17,02; p=0,0001). In the overall cohort (n=144), gene-positivity was also associated with worse prognosis (log rang: χ2=5,38; p=0,02).
Conclusion. In the present study, patients with dilated subtype of NCM showed a worse prognosis compared with DCM and isolated NCM. Heart failure progression and cerebral thromboembolism were the most common complications in patients with NCM/DCM.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.