Кандидат медицинских наук, доцент, доцент кафедры фармакологии и клинической фармакологии Медицинского института.
Белгород.
Belgorod.
Цель. Разработать персонализированный подход к использованию триметазидина у пациентов с ишемической болезнью сердца (ИБС) на основании определения критериев прогнозирования цитопротекторного свойства данного препарата при его тестировании in vitro.
Материал и методы. Нами было проведено обследование 30 больных с ИБС: стабильной стенокардией напряжения I-III функционального класса с сопутствующей гипертонической болезнью и хронической сердечной недостаточностью. Пациентам выполняли эхокардиографию, общий и биохимический анализ крови с определением холестеринового профиля, креатинфосфокиназы (КФК) общей и МВ-фракции КФК, почечного и печёночного комплекса. Для определения цитопротекторной активности триметазидина исследовали лейкоциты крови больных в условиях in vitro методом флуоресцентной микроскопии при помощи инвертированного флуоресцентного микроскопа Eclipse Ti-U (компания Nikon, Япония). Путём окрашивания лейкоцитов флуоресцентными красителями (Oalcein АМ, Ethidium bromide) определяли живые и мёртвые клетки, рассчитывали индекс жизнеспособности клеток (ИЖ). Материалы обрабатывали статистически, критерии прогнозирования цитопротекторного эффекта триметазидина определяли с помощью прогностического анализа Вальда.
Результаты. При введении триметазидина в пробу с лейкоцитарной взвесью наблюдалось два варианта изменения жизнеспособности клеток: у 60% больных ИЖ повысился, в среднем на 37% (с 23% до 60%, p<0,001), и у 40% пациентов ИЖ снизился, в среднем на 30% (с 54% до 24%, p<0,05).
Выявили ряд условий исходного состояния пациента с ИБС для проявления цитопротекторной активности триметазидина: первая степень сопутствующей артериальной гипертензии; конечный диастолический размер правого желудочка до 30 мм по данным эхокардиографии; нормальный (неатерогенный) холестериновый профиль с уровнем общего холестерина в сыворотке крови <5,3 ммоль/л, липопротеидов очень низкой плотности <1 ммоль/л и коэффициентом атерогенности до 3 усл. ед., признаки разрушения миоцитов и кардиомиоцитов (увеличение уровня КФК общ. в крови >100 Ед/л и МВ-фракции КФК >15 Ед/л), нормальная функция печени (по уровню аланинаминотрансферазы <25 Ед/л), признаки нарушения функции почек (относительно более низкий уровень общего белка в крови — <75 г/л, повышение уровня мочевины — >8 ммоль/л и креатинина крови — >100 мкмоль/л), нормальная тромбопоэтическая функция крови (по уровню незрелых тромбоцитов — <5%) и состояние резистентности функциональной адаптационной системы человека (по данным общего анализа крови — снижения уровня лимфоцитов крови <30% и повышения уровня нейтрофилов крови >4Т/л).
Заключение. По результатам нашего исследования, проведенного in vitro, препарат метаболического ряда триметазидин достоверно повышает жизнеспособность клеток (лейкоцитов крови) у 60% пациентов с ИБС, в среднем на 37%. При этом имеется ряд условий исходного соматического статуса больного, которые определяют наличие индивидуальной фармакодинамической мишени для цитопротекторного действия препарата.
Aim. To develop a personalized approach to the trimetazidine use in patients with coronary artery disease (CAD) based on the criteria for predicting the cytoprotective activity tested in vitro.
Material and methods. We examined 30 patients with class I-III stable effort angina with concomitant hypertension and heart failure. The patients underwent echocardiography, complete blood count, biochemical tests with determination of the lipid profile, creatine phosphokinase (CPK), CPK-MB, renal and hepatic parameters. To determine the cytoprotective activity of trimetazidine, white blood cells (WBCs) of patients were examined in vitro using an Eclipse Ti-U inverted fluorescence microscope (Nikon, Japan). Living and dead cells were determined by staining WBCs with fluorescent dyes (Calcein AM, Ethidium bromide). Cell viability index (CVI) was calculated. The statistical processing was carried out. The criteria for predicting the trimetazidine cytoprotective effect were determined using Wald statistics.
Results. When trimetazidine was injected into a WBC suspension sample, two types of cell viability changes were observed: in 60% of patients, CVI increased, on average, by 37% (from 23% to 60%, p<0,001) and in 40% of patients, CVI decreased, on average, by 30% (from 54% to 24%, p<0,05).
A number of conditions of the patient initial status were identified for the manifestation of trimetazidine cytoprotective activity: grade 1 hypertension; right ventricular end diastolic dimension up to 30 mm according to echocardiography; normal lipid profile with a total cholesterol <5,3 mmol/L, very-low-density lipoproteins <1 mmol/L and an atherogenic coefficient up to 3 CU, myocyte and cardiomyocyte destruction (total CPK >100 U/L and CPK-MB >15 U/L), normal liver function (alanine aminotransferase <25 U/L), renal dysfunction (total protein <75 g/L, urea >8 mmol/L and blood creatinine >100 pmol/L), normal thrombopoiesis (immature platelet fraction <5%) and the state of functional adaptive system resistance (blood lymphocytes <30% and neutrophils >4x109/L).
Conclusion. According to this in vitro analysis, the trimetazidine significantly increases (by an average of 37%) the cell (WBC) viability in 60% of patients with CAD. There are conditions of patient initial status, which specifies an individual pharmacodynamic target for the cytoprotective action of the drug.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.