Анастасия Вячеславовна Осокина — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник лаборатории патологии кровообращения
Kemerovo
Виктория Николаевна Каретникова — доктор медицинских наук, профессор, зав. лабораторией патологии кровообращения
Kemerovo
Ольга Михайловна Поликутина — доктор медицинских наук, ведущий научный сотрудник лаборатории лучевых методов диагностики
Kemerovo
Анна Валерьевна Иванова — научный сотрудник лаборатории коморбидности при сердечно-сосудистых заболеваниях
Kemerovo
Тамара Борзалиевна Печерина — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник лаборатории патологии кровообращения
Kemerovo
Ольга Викторовна Груздева — доктор медицинских наук, зав. лабораторией исследований гомеостаза
Kemerovo
Юлия Александровна Дылева — кандидат медицинских наук, старший научный сотрудник лаборатории исследований гомеостаза
Kemerovo
Александр Николаевич Коков — кандидат медицинских наук, зав. лабораторией лучевых методов диагностики
Kemerovo
Наталья Кирилловна Брель — врач-рентгенолог отделения лучевой диагностики
Kemerovo
Ольга Леонидовна Барбараш — член-корр. РАН, доктор медицинских наук, профессор, директор
Kemerovo
Цель. Изучить особенности динамики С-концевого пропептида проколлагена I типа (PICP) с оценкой потенциальных связей с кардиофиброзом (КФ) и нарушением диастолической функции (ДФ) левого желудочка (ЛЖ) в течение госпитального периода и через год после инфаркта миокарда (ИМ) с подъемом сегмента ST (ИМпST).
Материал и методы. В исследование включены 120 больных с ИМпST. Критерии включения: диагноз ИМпST (рекомендации Европейского общества кардиологов (2015г)); острая сердечная недостаточность по Killip III и менее; подписанное пациентом информированное согласие; возраст пациента >18 лет. Критерии исключения: ИМпST, развившийся вследствие чрескожного коронарного вмешательства или коронарного шунтирования; острая сердечная недостаточность по Killip IV; возраст пациента >80 лет; клинически значимая сопутствующая патология; смерть больного в течение первых суток госпитализации. На 1-е, 12-е сут. заболевания и через год всем пациентам выполнялось эхокардиографическое исследование и определялась концентрация PICP. Через 1 год после ИМ выполнялась магнитно-резонансная томография сердца с контрастом для оценки КФ. В анализируемой группе пациентов на 1-е сут. ИМпST средние значения фракции выброса (ФВ) ЛЖ в пределах 4049% наблюдались в 3 (2,5%) случаях, у 31 (26%) пациента — ФВ ЛЖ <40%, у 86 (71,7%) — ФВ ЛЖ ³50%. Окончательному анализу подверглась выборка пациентов с сохраненной ФВ ЛЖ n=86 (71,7%).
Результаты. В 1-е сут. ИМ признаки диастолической дисфункции отмечены у 25 (29,1%) больных, через 1 год их число возросло на 9 (10%) человек и составило 34 (39,5%) пациента. У 15 (17,6%) человек отмечено усугубление систолической дисфункции миокарда. У пациентов с распространенностью КФ ≥16% наблюдалась наибольшая экспрессия PICP в 1-е сут. заболевания. КФ ≥16% через год после ИМпST с сохраненной ФВ ЛЖ ассоциирован с концентрацией PICP на 1-е сут. заболевания. Кроме того, выявлены разнонаправленные корреляционные связи между наибольшей распространенностью КФ (≥16%) и показателями, характеризующими ДФ миокарда ЛЖ (e’, ДЛАср., Е/e’).
Заключение. Определение концентрации PICP в 1-е сут. ИМ позволит на ранних этапах выявлять пациентов группы риска развития КФ через год после ИМпST с сохраненной ФВ.
Aim. To study the dynamics of procollagen type I carboxy-terminal propeptide (PICP) with an assessment of potential associations with cardiac fibrosis (CF) and diastolic dysfunction (DD) of the left ventricle (LV) during the hospitalization and one year after ST segment elevation myocardial infarction (STEMI).
Material and methods. The study included 120 patients with STEMI. There were following inclusion criteria: diagnosis of STEMI (2015 European Society of Cardiology guidelines); Killip £III acute heart failure (AHF); signed informed consent; patient age >18 years old. There were following exclusion criteria: STEMI due to percutaneous coronary intervention or coronary artery bypass grafting; Killip IV AHF; patient age >80 years; clinically significant comorbidities; death of the patient during the first day of hospitalization. On the 1st, 12th day of the disease and after a year all patients underwent echocardiography and the PICP concentration was determined. One year after myocardial infarction, contrast-enhanced cardiac magnetic resonance imaging was performed to assess CF. In the analyzed group of patients, on day 1 of STEMI, mean values of LV ejection fraction (EF) in the range of 40-49% were observed in 3 (2,5%) patients, LVEF <40% — in 31 (26%), LVEF ≥50% — in 86 (71,7%). The final analysis was performed on a sample of patients with preserved LVEF (n=86) (71,7%).
Results. On the first day of myocardial infarction, signs of DD were noted in 25 (29,1%) patients, while after 1 year, their number increased by 9 (10%) and amounted to 34 (39,5%) patients. In 15 (17,6%) people, worsening of myocardial systolic dysfunction was noted. Patients with a CF ³16% had the highest PICP expression on the first day of the disease. CF ≥16% one year after STEMI with preserved EF is associated with PICP concentration on day 1 of the disease. In addition, multidirectional correlations were revealed between the CF ≥16% and parameters of LV diastolic function (e’, mean pulmonary artery pressure, E/e’).
Conclusion. Determination of the PICP concentration on the 1st day of myocardial infarction will allow early identification of patients at risk of CF one year after STEMI with preserved EF.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.