к.б.н., генеральный директор; зав. лабораторией биосинтеза иммуноглобулинов
Москва
Moscow
д.м.н., профессор кафедры общей и клинической фармакологии
Москва
Moscow
Цель. Оценить влияние на бюджет применения ингибиторов P2Y 12 нового поколения — прасугрела и тикагрелора — у пациентов, перенесших острый коронарный синдром (ОКС), в условиях здравоохранения Российской Федерации.
Материал и методы. Анализ проводили с использованием данных прямого сравнения прасугрела и тикагрелора на основании дизайна сравнительного исследования ISAR-REACT 5. Источник цен на сравниваемые препараты: аукционы за 12 мес. 2019г, согласно базе данных IMS. Учитывали нагрузочную и поддерживающую дозы препаратов, процент пациентов, прекративших прием препарата, и медиану длительности приема до отмены препарата. Стоимость лечения клинических событий, ассоциированных с первичной и вторичной конечными точками, оценивали согласно тарифам клинико-статистических групп для 2020г. Стоимость госпитализации рассчитывалась как среднее значение стоимости лечения различных клинических состояний с учетом базовой ставки для круглосуточного стационара. Результат выражали в виде средневзвешенного значения затрат на 1 пациента за 1 год (365 дней). Размер целевой группы определяли как число пациентов, которые могут быть обеспечены лечением объемом препаратов, закупленных в 2019г за счет государственного бюджета. Расчет проводили с допущением, что для всех пациентов поддерживающая доза препарата прасугрел составляет 10 мг/сут., тикагрелор — 90 мг 2 раза/сут.
Результаты. Применение прасугрела требует меньших затрат, чем применение тикагрелора. За 1 год терапии разница составит 8386,31 руб. или 10,57%. Доля прасугрела в 2019г от общего объема сравниваемых препаратов составила всего 2,17%. При текущем соотношении тикагрелора и прасугрела нагрузка на бюджет при обеспечении объема терапии, соответствующего 19382,7 пациенто-лет, составит 1,534 млрд рублей. Увеличение доли прасугрела приводит к снижению суммарной нагрузки на бюджет при лечении пациентов с ОКС, подвергнутых чрескожному коронарному вмешательству, которым требуется назначение антитромбоцитарной терапии. При полной замене тикагрелора на прасугрел экономия в сравнении с текущим соотношением препаратов составит 10,36%, или в денежном выражении — 159,03 млн рублей. При увеличении доли прасугрела нагрузка на бюджет будет снижаться, и при полной замене тикагрелора на прасугрел экономия в денежном выражении в сравнении с применением только тикагрелора составит — 1353,7 млн рублей.
Заключение. Проведенный анализ показал, что применение прасугрела в популяции является менее затратным в условиях системы здравоохранения. Однако полученный результат устойчив только к изменению цены на один из препаратов не более 10% и неустойчив к разнонаправленному одновременному изменению цен на сравниваемые препараты. Увеличение доли прасугрела в общем объеме закупаемых препаратов и замена им тикагрелора позволит снизить нагрузку на бюджет в сравнении с текущим соотношением препаратов.
Aim. To conduct a cost analysis of using novel inhibitors of P2Y 12 (prasugrel and ticagrelor) in patients with acute coronary syndrome (ACS) in the Russian healthcare system.
Material and methods. The analysis was performed using the design of a comparative study of prasugrel and ticagrelor ISAR-REACT 5. The loading and maintenance doses of the drugs, the percentage of patients who stopped therapy and the median duration of administration before withdrawal were taken into account. The cost of treating clinical events associated with the primary and secondary endpoints was estimated according to the data on diagnosis-related groups for 2020. The cost of hospitalization was calculated as the average of the cost of treating various diseases, taking into account the base rate for a hospital. The result was expressed as the weighted average cost per patient for 1 year (365 days). The maintenance dose used in calculations was 10 mg/day for prasugrel and 90 mg 2 times/day for ticagrelor.
Results. Prasugrel is less expensive for use than ticagrelor. For 1-year therapy, the difference is 8386,31 rubles or 10,57%. The proportion of using prasugrel in 2019 was only 2,17%. With the current ratio of using ticagrelor and prasugrel, the budgetary pressures of therapy corresponding to 19,382.7 patient-years will amount to 1,534 billion rubles. An increase in the proportion of prasugrel leads to a decrease in the total expenses of managing patients with ACS after percutaneous coronary intervention who require antiplatelet therapy. With the complete replacement of ticagrelor with prasugrel, the savings will be 10,36% or 159,03 million rubles. With an increase in the proportion of prasugrel, the total expenses will decrease, and with a complete replacement of ticagrelor with prasugrel, the savings compared to using only ticagrelor will amount to 1,353.7 million rubles.
Conclusion. The analysis showed that the use of prasugrel in the population is less costly in the healthcare system. However, the result obtained is relevant only with price changes for one of the drugs not exceeding 10% and not relevant with multidirectional simultaneous changes in prices for compared drugs. Increasing the proportion of prasugrel and replacing it with ticagrelor will reduce the budgetary pressures.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.